Михаил Веллер. «Приключения майора Звягина»

ЗвягинДавайте поговорим о том, зачем пишутся художественные книжки. Почему не писать голую прозу? Есть мысли — и выводи их на бумагу. Однако автор, как правило, создает целый мир, наполняет его героями, щедро раздает им характеры, монологи, описывает внешность и мотивирует поступки.

Я считаю, что подобный подход оправдан, если иным способом поставленную автором перед собой задачу не решить. Если бы «Анна Каренина» действительно сводилась к некрасовскому «Толстой, ты доказал с терпеньем и талантом, / Что женщине не следует „гулять“ / Ни с камер-юнкером, ни с флигель-адъютантом, / Когда она жена и мать.», то не было бы необходимости писать такой талмуд.

В романе «Приключения майора Звягина» Веллер рассказывает читателю, как нужно жить, оборачивая свои советы в наглядную деятельность главного героя. Выглядит все очень натянуто, и лучший ответ на все вопросы мироздания автору удалось все же дать в книжке «Все о жизни» — ее жанр нонфикшн.

О чем книга?

В целом «Приключения…» — пикаперская книга: о том как не унывать и менять свою жизнь к лучшему. Несколько разрозненных историй успеха — или анти-историй неуспеха — демонстрируют, как нужно действовать. Восемь новелл связаны главным действующим лицом. Майор Звягин в отставке, ныне он врач скорой помощи, а всободное от работы время работает волшебником, меняя судьбы случайных людей к лучшему.

Не знаю по какой причине, но автор изображает семью Звягиных как типичных советских интеллигентов. Папа — врач, мама — учитель русского и литературы, сын служит в армии, а дочь ходит в школу. Что Веллер хотел этим сказать? Что генезис персонажа не важен, раз образ настолько картонный? Или наоборот — именно из такого круга людей может возникнуть советский супермен.

Надуманность сюжета не спасает ни изобразительность, ни художественность. По сравнению с произведениями одного энтомолога, многие тексты кажутся бледными. У Веллера совсем не густо.

Из-под вязаной шапочки по ним презрительно скользнули глазки, крохотность которых искупалась размерами носа, наводившего на мысль об орлах и таранах галер.

– Торопиться, – наставительно сказал Звягин, – означает делать медленные движения без перерывов между ними. Заповедь первая: не суетись. Не дергайся.

И это на первые три главы. Где еже яркие метафоры и емкие формулировки? Михаил Иосифович скорее учитель жизни, чем писатель.

Любит — не любит

В итоге первые восемь глав нас знакомят с главным героем и его подходом к решению проблем. Полностью развернуться автор дает ему в девятой главе, где Звягин берет на попечение молодого человека, который страстно желает завоевать девушку.

Там и с формулировками получше:

Ничто так не льстит мужчине, как обвинение в донжуанстве. Но только не тогда, когда оно регулярно исходит от законной супруги – тут нужны крепкие нервы и неиссякаемое добродушие.

Кстати, знаете, в чем разница между тактом и вежливостью? Когда джентльмен, войдя в незакрытую ванную и увидев там моющуюся женщину, говорит: «Простите, миледи», – это вежливость. Когда он говорит: «Простите, сэр!» – это такт.

Узнать о готовящейся поездке было нетрудно: Ларик с Ларисой (созвучие, да?) находились в телефонной связи (тоже неплохой оборот, вы не находите?).

Валина внешность была удостоена высокой оценки в крайне унизительной форме.

Святые не имеют детей, – пожал плечами Звягин, – а человечество хочет жить.

Нормальная, средняя книга по пикапу. Инструкции, описанные в ней вполне бы сработали во время, когда, собственно, и происходит действие книги, то есть в конце восьмидесятых. Причем даже тогда приходилось пользоваться достаточно грязными методами:

– А что за сигареты? Я видела, как ты их чем-то заряжал!
– Много будешь знать – скоро состаришься. А это девушкам не идет.
Стану я тебе объяснять отличия наркотиков группы ЛСД, хмыкнул он про себя.

Если вам приходится использовать наркотики для того, чтобы переспать с девушкой, то у меня для вас плохие новости.

Главное разочарование, конечно, в том, что герой, став таким крутым, не разочаровался в девушке и в итоге таки ее добился. Более реалистичный, жизненный сценарий выглядит по-другому. Героя отшивает «крутая» девушка», он становится лучше и вокруг него сами собой возникают другие девушки, которых — а — много, и среди которых — б — можно выбрать не хуже исходного объекта вожделения.

Не похоже на жизнь. Ну, на то оно и художественная литература.

Опубликовано 20.04.2015